|
Либо естественна, как зверек. адрес по трем цифрам номера телефона всяких номера по номера приспособлений. Значит, Вероник и Жан-Франсуа уезжали зачем-то в Йемен на три года и оставили Люси своего ребенка. У него нет ненависти это понятно: он ушел к молодой, живет новую жизнь, испытывает новое счастье. Почему она согласилась взять их ребенка и забыть о предательстве? Может быть, пытка одиночеством еще хуже? Быть нужной в любом качестве? Могла бы взять собственных внуков. Из кустов вышла собака и остановилась на дороге. Она была рыжая, крупная, неопределенной породы. Стояла, перегородив дорогу, и спокойно, без страха смотрела на приближающуюся машину. Люси вынуждена была остановиться. Она, перегнувшись, открыла заднюю дверцу. Собака тут же запрыгнула на заднее сиденье и уселась с таким видом, как будто они с Люси договорились тут встретиться. В машине запахло мокрой собакой. Ждать адрес по трем цифрам номера телефона , спокойно объяснила Люси.
На ее шее номера кожаный трем цифрам ошейнике медная табличка. На табличке, должно быть, все данные, включая телефон хозяев. Собака дрожала от холода и стресса. Возможно, она потерялась давно сутки или двое и столько же не ела. Собака посмотрела на Марину, как будто спросила: ну, что ждем? Машина тронулась вперед, к дому Люси. Еще вверх и открылась плоская терраса с аккуратной зеленью. На ней каменный дом с широкими крыльями. Люси первым делом выпустила собаку и тут же пошла звонить. Потом быстро соорудила кастрюлю похлебки, нарвала туда ветчины. Собака опустила морду, живот ее судорожно ходил. Марина ощутила глубокое удовлетворение, полноту бытия. Какое счастье кормить голодное зависимое существо. В глазах Люси стояли виноватые слезы. Видимо, она чувствовала то же самое. Центральная комната в доме была очень большой, около ста метров. Белые стены, ломаные пространства, живопись, низкая белая мебель. Такой интерьер Марина видела только в суперсовременных каталогах. Франсуа стер десять веков, даже одиннадцать. Оставив фасад древним, он перестроил всю внутренность дома, создав интерьер двадцать первого века. Марина сначала растерялась внутри таких белых пустот. А через пару часов уже не хотела ничего другого. Как будто срослась со свободой и чистотой. Это тебе не крюки для мутонов. Люси сварила крепкий душистый кофе, что-то грела, ставила все во мгновение, весело, вкусно. Особенно хорош был утиный паштет, который во Франции перетирают со сливочным маслом. И еще горный мед. Он благоухал на весь дом, перебивая кофейный дух. Марина глубоко наслаждалась едой, тишиной, покоем, а главное характером Люси. Бывают же такие люди: О! Муж ушел хорошо. Да еще и Зоя.
|
Мобильный поиск местоположения
