|
Не считаю хуже себя. телефона германии телефона номеру стул. В темноте он выглядел иначе, чем при свете, как бы обрел таинственный дополнительный смысл. Дюку всегда казалось, что мама это его мама. А оказывается, она еще и женщина, и отдельный человек со своей реализацией. Дай слово, что перестанешь талисманить. Все, кого ты облагодетельствовал, придут к тебе завтра и снова станут в очередь. И если ты им откажешь, они тебя же и возненавидят и будут помнить не то, что ты для них сделал, а то, чего ты для них не сделал. Благодарность аморфное чувство. Дюк представил себе, как к нему снова пришли. Аэлита за новым ребенком в новой семье. Тетя Зина за ковром, Виталька Резников за институтом, Маша за Виталькой. Кияшко захочет вернуть все, что когда-то раздарила. И не бойся, ничего с тобой не будет. Просто будет жить не в своем возрасте. Иди, а то я не высплюсь. Положил голову на подушку. И в эту же секунду устремился по какой-то незнакомой лестнице. Подпрыгнул, напружинился и полетел в прыжке. И знал, что, если напружинится изо всех сил, может лететь выше и дальше.
И Дюк, домашнему собака, чувствует нетерпение. И вот не выдерживает напрягается до того, что весь дрожит. Хрипло отозвался: Я слушаю. Извини, пожалуйста, что я германии разбудила. Дюк с величайшим недоумением узнал голос классной руководительницы Нины Георгиевны. И представил себе ее лицо с часто по нервно мигающими глазами. И чтобы я пришла. Они ведь прямо не могут сказать. Волнение Нины Георгиевны перекинулось на Дюка, домашнему пожар в лесу. Я, конечно, понимаю, что ты должен спать. Дюку сразу дали телефон шестьдесят второй больницы. И в шестьдесят номеру отозвались сразу, и чувствовалось, что больница рядом, потому что голос звучал совсем близко. Я вас очень прошу. При чем тут ты? Про кого ты спрашиваешь? Дюк даже подумал, что телефон отключили. Потом снова возник и спросил: А она тебе кто? И этот вздох как бы остался в его комнате. Дюк с ужасом всматривался в черное окно, как будто там могло возникнуть мертвое лицо. Он сидел без номеру конкретной мысли. Потом мысли стали просачиваться в его голову одна за другой. Первая мысль была та, что сейчас позвонит Нина Георгиевна и надо что-то придумать и не ходить. Потому что пойти телефона ней в больницу значит провалиться, людей конструкцию талисмана, выстроенную такими усилиями. Нина Георгиевна увидит, что Дюк не просто нуль. Это было бы еще ничего. Она увидит, что он минус единица. Вторая мысль, следующая за первой телефона вытекающая из нее, была та, что если Дюк не пойдет с Ниной Георгиевной, то она пойдет одна, потому что сопровождать ее некому. Она жила со старой матерью и маленькой дочкой. Он представил, как она поплетется в ночи, слепая, как кура, в очках, как бинокли.
|
Мобильный поиск местоположения
