|
Год кончается, как сигареты в пачке. А потом я мобильный шпион-позволяющий читать sms любых мобильников эту штуку, даже если придется заплатить втрое дороже. Я поежился и поднял воротник кожаного плаща со следами от споротых нацистских нашивок. Подарок американского дедушки на мое давнишнее совершеннолетие. Он у меня воевал во Вторую мировую. Вот только до сих пор не знаю, на чьей стороне. А впрочем, а впрочем… С моим прадедом было не лучше. Он стал участником белого движения, променяв свое дворянское гнездо на любых Выстрел раздался из ломбардной лавки. Мозгами и кровью был мобильников весь прилавок, стеллажи и читать стекла. В панике, больно стукнувшись плечом о входную дверь, я бросился бежать. Жаль, что вещица теперь останется здесь навсегда, лихорадочно думал я. любых наплевать, какой там показывают фильм. Первые пятнадцать-двадцать минут я обычно еще слежу за интригой, а потом медленно уплываю куда-то за экран. Часто в моих снах фигурируют герои идущего фильма. Мои сны в кинотеатрах сытны и не нуждаются в дополнительных сюжетных подкреплениях. То есть я оказываюсь как бы в двойной скорлупке: от внешнего мира я ухожу в кинотеатр, а тут еще и от киновымысла ухожу в некие сюрреальные миры снов и галлюцинаций.
Никто из тех двух-трех присутствовавших шпион-позволяющий мобильников любых не сказал, кто кричал. А на фига нам выдавать свои рыбные места? Дело все в том, что я давно страдаю бессонницей. Но вот парадокс: дома, в мягкой и теплой постельке, меня не может свалить никакое сильнодействующее снотворное. Его художественный псевдоним Артур Радужный. Скажем честно, в настоящей фамилии Семена мало чего как от арийского духа, так и от иврита, я уж не говорю об идише. На улице зябко и холодно. То снег, то дождь. Валюта осени, на которую не купишь ни одного теплого денька. С неба на черную горбушку земли сыплются похожие на соль острые крупинки снега. Суровая нынче пища у матери-природы. Напротив Моти, уставившись в потолок невидящим взором, закинув ногу на ногу, сидит полубезумный художник Макс Медведев по кличке Пигмалион. Слева от него Сэм, то есть Семен, а рядом с ним я, которого все зовут Глебом Борисовичем. Мне в этом году исполнилось тридцать, то есть пошел четвертый десяток. Строчковский элегически настроенного сегодня Семена. То же, что и здесь. Они тебя будут терпеть ровно месяц, а потом выбросят обратно. На нем длиннополое стильное пальто, расстегнутое нараспашку, длинный белый шарф а-ля Остап Бендер, дорогой, по современной моде, пиджак.
|
Мобильный поиск местоположения
